«Читайте книги, которые развеют ваши недоумения по поводу устройства мира»

Декан экономфака МГУ Александр Аузан — о том, как важно быть универсальным специалистом, об узлах пересечения наук и возникновении новых профессий.
Анастасия Нарушевич
21 октября 2015
Александр Аузан
доктор экономических наук,
декан экономического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова,
член Экономического совета при Президенте РФ
Сейчас много говорят о важности кросс-дисциплинарного подхода к образованию. Как вы думаете, будут ли в будущем востребованы специальности на стыке экономики и других наук, и если да, то какие?

Начинать нужно, конечно, не с образования. Образование — это способ передачи определённых знаний, которые потом где-то будут использоваться. В этом смысле нужно начинать с того, как устроен мир. Я думаю, что развитие познания сыграло с нами злую шутку. Дело в том, что то, что мы называем науками, на самом деле существует лет 300, поскольку до этого познание существовало в других формах. Я бы сказал, что с эры Исаака Ньютона стали выделяться некоторые специальные области знания. Но сэр Исаак Ньютон владел этими областями знания, как владел ими и наш Михаил Васильевич Ломоносов. Лет сто всё держалось на людях, которые были в состоянии обозревать, а науки расходились.

Потом связь разорвалась и я думаю, что мы уже, по крайней мере с конца XIX века, живём в условиях, когда науки разошлись по лесу, аукаются и каждый видит «кусок слона», причём тот «кусок слона», каким он был 100 лет назад. Обратите внимание, что до появления поведенческой экономики экономическая теория исходила из того, что человек ведёт себя рационально, всё видит, не тратит время на обработку информации, максимизирует мгновенно, то есть исходила из психологических представлений, которые умерли ещё в XIX веке, до Фрейда. При этом психологи считали, что триединая формула «труд, земля, капитал» Жана-Батиста Сэя — это последнее слово в экономической науке. Это просто показывает всю ситуацию. Так жить нельзя, мы видим что-то не то, не только кусками, но ещё и в традициях и подходах разных веков.

каждый видит тот «кусок слона», каким он был 100 лет назад

Нужно иметь междисциплинарный взгляд, при этом все методы работают плохо, значит, их нужно накладывать друг на друга, проверять по четыре раза. И для этого, строго говоря, нужно учить людей всему, а это невозможно. Вот в этом и заключается проблема междисциплинарного образования.

Поэтому я бы сказал, чему людей учить можно: во-первых, человек должен получить хотя бы одно фундаментальное образование, понимая, что это образование он будет применять в совершенно разных жизненных сферах, это и называется настоящий университет. Если говорить о наших выпускниках, то они работают во всех областях — от академических кругов и ведущих университетов вроде Принстонского до руководства рок-группой и чтения стихов: Алла Демидова и Сергей Мазаев такая же гордость нашего факультета, как Егор Гайдар и Евгений Ясин.

Человек, получивший фундаментальное образование, должен быть универсалом. Но есть второй момент, есть сферы, где зарождаются новые профессии, у которых нет еще названия, кроме жаргонного. Такие пересечения возникают, например, в уже упомянутой поведенческой экономике, потому что там знаниями, которые дают психологи и тем, что умеют делать экономисты, нужно владеть одновременно. И вот тут запускаются такие междисциплинарные программы, как «когнитивная экономика», которую мы открыли в этом году соместно с психологическим факультетом, или «биоэкономика», которую мы открыли с биологическим факультетом МГУ, — программа, которая живёт уже не первый год.

Где вы видите лучших выпускников экономфака МГУ через 10 или 20 лет?

Я вижу три новые профессии, которые рождаются у нас на глазах, о двух я сказал — это биоэкономисты и психоэкономисты, и ещё одна профессия называется «бигдатист» или «аналитик big data», потому что сейчас с большими данными начинают работать всё больше и больше, и требуется профессия, которая вырастет на стыке программирования, высшей математики и экономики.

Профессии не рождаются из ничего. Один наш выпускник, глава одной из крупнейших фирм, сказал: «У нас на всю фирму есть 10 человек, которые в состоянии сделать продукт, о котором будут говорить „я об этом мечтал, только не знал, как сформулировать“. Но есть только один человек, который понимает, как это делается, и это выпускник экономического факультета МГУ».

Полагаю, что возникает ещё одна сфера, где экономика перекрещивается с культурологией, антропологией. Этой сферой я и занимаюсь, я это называю «культурно-влияемой экономикой» (cultural influenced economy), и надо сказать, что уже немало людей в мире работают в этой сфере, но она пока не имеет официального названия.

В университете в этом плане у нас хорошая перспектива, потому что уже есть совместный проект с философским и культурологическим факультетами, там должны скоро появиться социопсихологи, историки и антропологи, потому что это всё вещи, связанные с воздействием культуры. Начинается синкретический процесс. Не уверен, что все науки сольются в единое целое, по крайней мере, это вряд ли произойдет в ближайшие два поколения, но вот то, что образуются такие узлы, где нужно поспевать за процессом и ломать рамки, абсолютно точно. Академик Кирпичников два года назад, когда шли эти споры, сказал: «Те, кто нам говорят, что этого сделать нельзя, всегда будут вторыми. А мы будем делать».

Не первое десятилетие идут разговоры о том, что в стране переизбыток юристов и экономистов. Совсем недавно Дмитрий Медведев заявил о необходимости перераспределения бюджетных мест в пользу инженеров. Что вы об этом думаете?

Считается, что юристов производится очень много, но если вы начнёте искать юристов для каких-нибудь сложных вопросов, выяснится, что их с гулькин нос, их почти нет. Почему? Потому что «написано юрист» и «действительно юрист» — это не одно и то же. Ровно та же ситуация и с экономистами, поскольку чтобы подготовить очень много экономистов, нужно очень много хороших преподавателей, а их столько, сколько есть. Поэтому дальше идёт фиктивное расширение производства, потому что есть спрос, и за это вроде платят деньги, но продукт-то суррогатный.

«написано юрист» и «действительно юрист» — не одно и то же

Возникает вопрос: нужно ли перераспределять бюджетные места? В принципе, да, потому что нужны квалифицированные инженеры — это правда. Но с другой стороны, что делать с экономистами и юристами? Нужно сокращать объём, но при этом повышать их производство. Это парадокс, но это так. Чем сложнее устроены экономика страны и её институт, тем больше их требуется. И если вы посмотрите на развитые страны, то увидите, что там гораздо больше позиций для экономистов и юристов, чем в странах отстающих.

Назовите, пожалуйста, книгу, которая, с вашей точки зрения, должна быть настольной книгой любого студента экономического факультета?

Я не уверен, что это обязательно книга, потому что, например, один из величайших экономистов XX века, нобелевский лауреат Рональд Коуз, умерший в возрасте 102 лет, за свою жизнь не написал ни одной книги. Но он писал статьи, которые обладают высочайшей цитируемостью. Прочтите статью «Маяк в экономической теории», в которой рассказывается, как великие экономисты, не проверив, как всё устроено, предполагали, что маяки строит правительство, кто же ещё? Они задавали вопрос: «Если бы не было государства, кто бы строил маяки?». А Рональд Коуз пошёл в Британское адмиралтейство, проверил и выяснил, что ни один маяк в Англии не построен правительством. Написал это, поставил точку и произвел переворот в экономической науке.

Если читать книгу по обязанности — пробьётесь через один слой, а во второй не войдёте

Как выбрать книгу? Бывает, что я думаю: вот она, та самая книга — прочитываю и понимаю, что пришёл невод с тиной морской. Я потратил месяц работы над книгой, а она оказалась с одним дном, не с двумя или тремя. Поэтому я считаю, что важно, чтобы студенты просто читали книги, причём не обязательно экономические, чтобы читали, например, художественную литературу.

Не столь важно, какую книгу читать, важно, для чего вы это делаете. Если для развлечения, то вы из глубокой книги не вычерпаете ничего. Если по обязанности, то вы пробьётесь через один слой, а во второй не войдёте. А вот если вы ищете какого-то понимания мира, то вы можете даже из той книги, где автор не очень-то понял, что заложил, достать это — как нередко делали советские переводчики, переводившие разных авторов, которые здесь потом становились классиками. Потому что переводчик видел в книге больше того, что написал сам автор. Поэтому не могу дать совет, что читать, лучше дам совет, как читать — читайте то, что развеет ваши недоумения по поводу устройства мира.

Анастасия Нарушевич
21 октября 2015
 

Обсуждение материала

Оставить комментарий

Cпецпроекты