Учитель месяца: как получать удовольствие от общения с детьми

Георгий Звиадович Арабули стал учителем физики в лицее «Вторая школа», будучи еще студентом МФТИ, в 21 год. Он думал, что доведет свой класс до конца учебного года и вернется в науку, но оказалось, что школа затягивает. О том, какие качества нужны педагогу, что такое хорошая школа и как найти общий язык с молодежью, читайте в рубрике «Учитель месяца».
Наталья Афанасьева
06 октября 2016
Фото: Flickr/The Green Party/CC BY 2.0
Георгий Арабули,
учитель физики в лицее «Вторая школа»
Как вы стали школьным учителем? Это была мечта или случайность?

Учителем я стал случайно. Я учился в Физтехе (МФТИ), на 4 курсе — это было ровно шесть лет назад. Мой школьный учитель попросил заменить его на один урок в 11 классе, рассказать что-нибудь, интересное детям и мне самому. Я, как сейчас помню, рассказал про голограммы, собрался уйти и дальше заниматься наукой, но тут встретил классную руководительницу параллельного класса, которая сказала, что наш другой учитель физики заболел, и непонятно, кто будет вести его класс. Речь шла о легендарном Александре Рафаиловиче Зильбермане.

Я съездил к нему, мы поговорили, он рассказал мне, что класс сильный, убедил, что мне с ними будет интересно, ну я подумал, что я и им особенно не наврежу. Доведу, думаю, 10 класс до конца, и все. А потом взял еще 7 класс, и завертелось. К счастью или к сожалению, вынужден признать, что школа — это наркотик, она затягивает. Очень сложно отказаться от детей, когда ты видишь, как они прогрессируют, растут, и ты тоже причастен к этому.

Школа как наркотик, она затягивает

В вашу школу многие выпускники возвращаются обратно в качестве учителя?

Да, очень многие, думаю, больше половины наших учителей имели то или иное отношение ко «Второй школе». Некоторые уже студентами преподают на вечернем отделении. У нас такая школа, куда все хотят вернуться.

А как бы вы определили, что именно делает «Вторую школу» такой: образование, атмосфера, коллектив, отношение к детям?

Образование важно. Но есть школы, где тоже хорошее образование, но они натаскивают детей на результат, и на выходе получаются такие полузомби. «Второшкольник» ценится прежде всего как личность. Я решил поступать в эту школу, когда увидел, как здесь учится мой старший брат. Я понял, что это действительно атмосфера свободы. В правильном смысле этого слова: это не значит, что ты можешь делать то, что хочешь, это значит, что ты можешь сам принять решение, делать это или нет, аргументировать — и к твоему мнению прислушаются. Между учителями и учениками идет разговор на равных, они имеют равные права в диалоге. Учителя и ученики общаются после уроков, вместе ходят в походы, смотрят фильмы или играют в волейбол. Здесь так комфортно, что уходить не хочется. Это подобие большой семьи.

И все-таки дети есть дети, даже самые мотивированные, влюбленные в школу и учителя. Когда вы пришли в школу, вам был 21 год, вы попали почти к ровесникам? Сложно ли поддерживать дисциплину? Как вам удается совмещать дух свободы и непререкаемость авторитета педагога?

У нас сложились правила общения. На переменах, в походах или когда я с ними играю в волейбол у нас дружеские отношения, это одно. Но урок есть урок. На самом деле, проблемы с субординацией у меня нет. Но, действительно, дети есть дети, каким бы ни был строгим отбор, все равно есть те, которым лень учиться, расслоение есть в любом коллективе, приходится подстраиваться.

расслоение есть в любом коллективе, приходится подстраиваться

Как вы думаете, смогли бы вы работать в обычном классе, где нет отбора, где нет такой мотивации, где многие физику считают непостижимо трудной и вообще пустой тратой времени.

К сожалению, общеобразовательный курс физики не столько плохой, сколько перенасыщенный, его просто невозможно сжать в те два часа в неделю, которые ему отведены. Это системная проблема. Есть и проблема с учителями, очень немногие умеют интересно и доступно донести этот предмет. Думаю, я смог бы работать в обычной школе уже не хуже, чем многие преподаватели, которые учат физике. Но это был бы другой вызов, другие цели. Если бы у меня в классе из 25 человек пять хотели учить физику, а 20 думали, как бы им досидеть до конца урока, то я бы, наверное, пытался сделать так, чтобы этим двадцати было не очень скучно, а пятерку мотивированных доучивал на кружках, факультативах и дополнительных занятиях. Но, мне кажется, общий язык с молодежью я бы в любом случае нашел, хотя результат был бы не так эффективен.

Сюда же я прихожу, осознавая, что физика у этих детей — профильный предмет, я чувствую ответственность.

А похвалитесь вашими учениками, их заслугами.

Обычно гордятся олимпиадниками. Но, на мой взгляд, моей заслуги здесь мало — это вообще особый случай, таким детям главное не навредить и направить в правильное русло. Но я горжусь тем, что ко мне приходят ученики, которые не думали о Физтехе, а я понимаю, что им там место. Я поддерживаю связи с выпускниками, с деканатом, вожу туда детей, знакомлю.

Лицей «Вторая школа» занимает третье место в московском рейтинге и первое среди физико-математических школ. При этом у нас очень мало медалистов, за 25 лет их можно по пальцам пересчитать, потому что требования очень высокие. Когда я поступал в Физтех, у большинства абитуриентов были средние балы 5,0, а у меня — чуть больше четырех. Мне сначала сказали: ты вообще куда с таким аттестатом, а потом декан увидел: «Понятно, этот из „Второй школы“, собеседование окончено». Он и сам из «Второй школы». У нас даже победитель международной олимпиады по физике не отличник. Победитель международной олимпиады по математике, правда, отличник, но у него, кажется, с 7 класса четверок не было.

Какими качествами, по-вашему, должен обладать учитель?

Я думаю, что педагог — это призвание. Я по себе со стороны ученика знаю: если ты видишь, что учитель переживает за результат, если его цель — научить, поделиться знаниями, то многое получается. Желание помочь, любовь к детям — вот, на мой взгляд, непременные качества. Школьный учитель должен быть актером, клоуном, оратором, уметь рассказывать так, чтобы его было интересно слушать. Есть блестящие знатоки своего предмета, они отлично знают материал, но не могут его донести, их невозможно слушать, они не удержат такую аудиторию. Ну и, конечно, учитель должен получать удовольствие от общения с детьми и уметь общаться с ними.

Школьный учитель должен быть актером, клоуном, оратором

Могу сказать, что у меня с детьми отношения более чем хорошие. Я вожу их в походы — на осенние каникулы собираемся на Кавказ. Да, это ответственность, но она меня пугает гораздо меньше, чем осознание того факта, что иначе они целую неделю просидят дома перед компьютером. По пятницам я веду киноклуб. Я сам большой синефил, и хочу показать детям выдающиеся фильмы, которые, на мой взгляд, они должны знать, но вряд ли посмотрят без моего совета. Знаете, почему я не беру классное руководство? Оно отнимает много времени, придется отказаться от других классов, а мне хочется взаимодействовать с как можно с большим количеством детей, для меня это общение интересно и полезно. И, надеюсь, для них тоже интересно и небесполезно.

Наталья Афанасьева
06 октября 2016

Обсуждение материала

Оставить комментарий

Cпецпроекты