«Университет не является университетом, если он не готовит учёных»

Декан факультета гуманитарных наук Высшей школы экономики Алексей Руткевич рассказал Учёбе.ру о том, что должен знать гуманитарий, каковы преимущества и недостатки ЕГЭ, и о перспективах традиции, которой две с половиной тысячи лет.
Алексей Михайлович, поменялось ли гуманитарное образование за последние двадцать лет?

Да, серьёзно поменялось. Гуманитарное образование в Советском Союзе было совершенно другим. И дело не только в том, что оно находилось под огромным влиянием коммунистической идеологии, но и время прошло немалое. Образование менялось, и необязательно в лучшую сторону. Идеологическая одномерность ушла, но при этом система образования расширилась: сегодня в вузы поступают не 20-25% выпускников школы, а более 80%, причём не менее половины из них идут в социальные и гуманитарные науки. Это неизбежно сказывается на качестве образования. Но и в советское время, и сейчас имеются университеты и институты, дающие хорошее образование. Просто их сравнительно немного.

Какие приоритеты при выборе образовательной программы Вы наблюдаете?

Год от года приоритеты меняются. Кто будет более востребован: искусствовед или специалист по компьютерной лингвистике, историк или культуролог, посмотрим по результатам приемной кампании. У нас на факультете гуманитарных наук в Высшей школе экономики у студентов есть уникальная возможность получить знания сразу в нескольких гуманитарных областях, прослушав учебные курсы смежных школ факультета: исторических наук, культурологии, лингвистики, филологии и школы философии. Наши студенты получают возможность стать не только профессионалами в выбранной специальности, но и разносторонне образованными людьми.

Нуждается ли гуманитарное образование в популяризации?

Для любой науки популяризация необходима, а в случае гуманитарных наук необходима вдвойне. И не только для молодых людей, выбирающих кем стать. Возьмём историю как науку. С историей связано огромное количество мифов. В 1990-х годах был феномен «фоменковщины»: три недели подряд одна из программ телевидения рекламировала фантазии математика Фоменко, выдвигавшего абсолютно вздорные идеи в области истории.

Популяризация нужна не только для того, чтобы люди становились умнее, но и чтобы ориентироваться в мире.

Один американский историк век назад сказал, что история как наука нужна для того, чтобы понимать, что пишут в свежей газете. Для того чтобы понимать современную политику, нужно знать историю. Есть хорошие и дурные примеры популяризации. Неплохо с этой задачей справляется, например, сайт «ПостНаука».

Есть ли госзаказ на гуманитариев?

Формально он существует, поскольку Министерство образования распределяет определённое количество бюджетных мест. На философии по всем вузам это 450 мест, примерно столько же на востоковедении на всех языках. Много это или мало? Цифры эти случайны, и в большинстве своём сохраняются со времён Советского Союза. Сегодня знающий китайский язык специалист необходим в очень многих областях, и не только в тех регионах России, которые граничат с Китаем, — есть коммерческие фирмы, есть торговля, есть туризм. Конечно, многие на востоковедении учатся за собственные деньги; это популярное, даже модное направление. Но вопрос ведь в том, как распределяются бюджетные места. Зачем финансировать убогие институты за счёт налогоплательщика?

То же самое и с философией: лицензировано примерно пятьдесят отделений и факультетов, учат прилично в десяти-двенадцати. Это не так мало. Юриспруденция преподаётся в 1200 вузах и филиалах, при этом хорошо преподают в десяти-пятнадцати, сносно — примерно в пятидесяти, а во всех остальных — выдача корочек за деньги; такие выпускники — не юристы.

Философия преподаётся во всех вузах, и преподаётся плохо, потому что в Советском Союзе философов готовили очень мало, и до сих пор на философских кафедрах (в советское время они назывались кафедрами марксизма-ленинизма) сидят люди в почтенном возрасте, которые никогда никакой философии не учили, и их нужно заменять. Получается, что нужно заменять 20-25 тысяч преподавателей — ведь философия преподаётся ещё и во многих колледжах и даже гимназиях. Совсем незначительное количество бюджетных мест тонким слоем «размазано» по университетам. Даже самые слабые вузы, которым ни в коем случае нельзя доверять готовить философов, получают пять-шесть мест, а во вполне приличных университетах число бюджетных мест сокращается; они переходят к тем вузам, относительно которых проявил инициативу губернатор. Формально госзаказ существует, но эта цифра берётся с потолка.

Какой блок гуманитарных знаний является общим для студентов разных образовательных программ? Другими словами, что среднестатистический студент-гуманитарий должен знать обязательно?

Науки разные. Это всё равно что спросить, что должен изучать среднестатистический физик, химик, биолог? Обязательной для всех является философия. В большинстве европейских стран в школах читается годичный курс по философии, в Квебеке, например, её преподают полтора года. А у нас философию не читают в средней школе, поэтому и агроном, и инженер, и экономист, и филолог изучают философию в вузе.

Для гуманитариев совершенно необходимыми являются исторические дисциплины. Все гуманитарные науки связаны с историей. Не случайно у философов большой курс истории, филологи неизбежно занимаются историей мировой литературы. К тому же, у исторического знания есть свои особенности: это не просто знание фактов, но также определённый стиль мышления, понимание того, что люди, которые жили даже в недавнем прошлом, отличаются от нас.

Историческое чутьё — основа гуманитарного образования.

Сейчас среди читателей молодого поколения очень популярен жанр альтернативной истории. Чаще всего подобного сорта романы написаны исторически неграмотными людьми. В этих романах кто-то отправляется в прошлое с помощью машины времени и встречает там людей, которым приписаны черты наших современников, хотя те люди были совсем иными. Мы сами сформированы историей.

Применение полученных знаний в реальности — важная часть обучения. Где ваши студенты проходят практику, какие есть интересные варианты стажировок?

У нас немало стажировок за границей, много зарубежных партнёров. Например, Университет Париж 4 Сорбонна (Франция), Университет Кёльна (Германия), Университет Дж. Мейсона (США), Шанхайский университет иностранных языков (Китай) и другие. Чаще всего это стажировки в магистратуре, не на бакалавриате, поскольку и у нас, и у наших зарубежных партнёров на бакалавриате довольно жёсткие учебные планы, сложно зачесть дисциплины, которые были прослушаны за границей. Кроме того, на младших курсах бакалавриата студенты не обладают достаточным знанием языка, а за границей нужно слушать лекции, писать работы на иностранном языке. Я не исключаю того, что в недалёком будущем мы выйдем на программы двойных дипломов.

Я не исключаю того, что в недалёком будущем мы выйдем на программы двойных дипломов.

Чаще других против ЕГЭ выступали гуманитарии. ЕГЭ — не показатель знаний, учитывая то, как он сдаётся. Вы за или против этого экзамена?

Давайте возьмём ЕГЭ не в том виде, когда списывают, созваниваются, пользуются шпаргалками и так далее. За последние два года, когда экзамен стали проводить строже и поснимали некоторых министров республик Кавказа, Поволжья, а кое-кого и посадили, на местах стало понятно, что нужно пресечь самые грубые нарушения. Любая тестовая система не является показателем знаний. Для меня она просто меньшее зло.

Является ли оптимальным для проверки знаний устный экзамен, когда его принимает школьный учитель у своих вчерашних учеников? Или член приёмной комиссии вуза, который занимался репетиторством? В стране с высоким уровнем коррупции желательна независимая проверка знаний. При устном экзамене есть много возможностей «завалить» нелюбимого ученика или того, кто не давал взяток. У ЕГЭ есть свои преимущества и свои недостатки. Например, в случае точных наук недостатки невелики, сообщество математиков экзаменом в основном довольно. Проверка знаний по биологии или географии вполне сносная. По истории и обществознанию тесты мне не слишком нравятся.

Четыре года назад я был председателем московской комиссии по ЕГЭ (обществознание), насиделся на апелляциях и обнаружил, что человека, который пришёл с 70 баллами и которому для поступления в приличный вуз не хватает всего пары баллов, можно учить в приличном вузе. А того, у которого 50 баллов, ни в одном нормальном университете учить нет смысла, он едва заглядывал в учебник и просто не понимает вопросов. ЕГЭ чётко разделяет двоечника и троечника и четвёрочника от троечника. ЕГЭ плох для небольшой группы увлечённых отличников, но они могут участвовать в олимпиадах, да и 80 баллов получат без всяких репетиторов.

ЕГЭ не самое лучшее средство, но за неимением гербовой бумаги иногда приходится писать на салфетке.

Как выживать гуманитарным вузам, когда страна взяла курс на индустриализацию? 25 мая на заседании правительства Дмитрий Медведев, узнав о том, что более 50% нынешних выпускников школ в этом году выбрали в качестве дополнительного экзамена обществознание, заявил, что стране нужны не только гуманитарии. «Эта часть пропорции не сильно радует», сказал он. Как вы считаете, почему такой высокий процент выпускников выбирает обществознание в качестве ЕГЭ по выбору, с чем это связано?

Премьер-министр, юрист по образованию, высказался по поводу скандального положения, которое у нас сложилось именно с юридическим образованием. В одной лишь Москве полтораста вузов, где есть юридические департаменты и факультеты, — это просто скандал.

Юридическое образование предполагает серьёзную гуманитарную подготовку, она желательна и в случае экономического образования, политологии, менеджмента, социологии, но всё-таки я бы их обособил от филологии, истории, философии, культурологии. Гуманитариев это задевает меньше, но и мы сталкиваемся с таким феноменом: «я гуманитарий, потому что я математики не знаю».

В нашем обществе востребовано хорошее образование, но в области экономики и права его даёт одна десятая часть вузов, это в лучшем случае. Есть ещё серая зона, в которой хоть чему-то учат, но 50% наших экономических и юридических факультетов нужно просто закрывать. Из этого не следует, что у нас всё хорошо с инженерным образованием. У нас примерно двести отраслевых вузов, где очень плохое инженерное образование, в том числе и в Москве. Если на вертолётостроение поступают с 35 баллами по математике — какие вертолёты они построят? Слова Медведева нужно воспринимать в контексте: будучи образованным юристом, он видит, что творится с юридическим образованием. Абитуриентам я могу посоветовать следующее: поступайте в приличные вузы. В них сложнее учиться, но есть ли смысл четыре-пять лет бездельничать, чтобы потом оказаться без профессиональных знаний и умений?

Сталкивались ли вы с предубеждением против гуманитарных наук?

Такого рода предубеждение говорит мне, прежде всего, о его носителе. Чаще всего эти люди безграмотны, их представления об истории, философии, литературе являются убогими. Я в своей жизни сталкивался и с великолепно образованными инженерами, медиками, физиками, которые могли бы заниматься и гуманитарными науками, обладали и вкусом к живописи, и знанием античной литературы. Они не будут пренебрежительно судить о филологах или религиоведах.

Подготовить хорошего востоковеда или философа в действительности сложнее, чем менеджера или технолога.

Гуманитарии являются наследниками долгой традиции, которая начинается примерно две с половиной тысячи лет назад в полисах Древней Эллады. В отличие от химика или инженера гуманитарий должен иметь представление о многочисленных предшественниках, его учат читать и понимать сложные тексты.

Как по-вашему должен выглядеть идеальный выпускник? Многие ли выпускники работают по профессии?

На мой взгляд, не существует идеальных выпускников, я таким не был сам, да и мои однокурсники таковыми не были. Когда молодые люди завершают обучение в вузе, перед ними открывается ряд перспектив: они выбирают свой жизненный путь сами и сами набивают себе шишки.

Я хотел бы, чтобы те знания, которые мы вкладываем в студентов, не пропадали и применялись с пользой и для этого человека, и для общества.

Сегодняшняя система и у нас, и на Западе, достаточно гибкая. Пришёл человек, получил степень бакалавра философии, ушёл на менеджмент. Пару лет назад на Дне Вышки в парке Горького я встретил двоих наших выпускников-философов, которые ушли после бакалавриата и стали успешными журналистами. Их научили писать тексты, они избрали эту карьеру, ничего плохого в этом я не вижу.

Студент бакалавриата получает базовые знания по своей специальности, а дальше происходит сужение выбора, магистратура, которая в случае истории и философии готовит уже более профессионального работника науки и образования. Но и после магистратуры кто-то выбирает для себя карьеру вузовского преподавателя и отправляется в аспирантуру, а кому-то академическая карьера учёного представляется скучной. Путей в жизни много. И средневековый университет, и немецкий университет в XIX веке, также готовили не только учёных, но и практических работников в самых разных областях. Но университет не является университетом, если он не готовит учёных. Поэтому я бы хотел, чтобы какая-то часть студентов продолжала заниматься наукой. В Соединённых Штатах, например, одна шестая часть тех, кто поступает на бакалавриат, идёт в магистратуру, а из тех, кто закончил магистратуру, только одна шестая часть получает докторскую степень. У нас соотношение несколько иное, но смысл тот же самый. Конечно, в случае философии, истории, филологии ожидаемо больший процент будет работать в системе образования. Но немало будет и тех, кто изберёт иной путь.

 

Обсуждение материала

Оставить комментарий

Cпецпроекты