Ду ю спик инглиш, студент?

Система изучения иностранного в неязыковых вузах остается по-прежнему малоэффективной: студентов учат не общаться, а правильно составлять сложные грамматические конструкции. Исправлять ситуацию приходится самостоятельно. Главное, чтобы было желание.

Если ты не учился в английской спец-школе или родители не отдали тебя заниматься с репетитором, то надежды выучить английский в институте почти не остается. Во-первых, потому, что на курсе собираются студенты с очень разным уровнем владения языком. И хотя для изучения иностранного их распределяют по группам в соответствии с уровнями (обычно их три — нулевой, средний и продвинутый), но и там состав оказывается разнородным. Только у «нулевых» пожалуй, мало отличий, но им будет труднее остальных. Во-вторых, и это главное, наша методика обучения не стремится научить студентов общаться на языке. Почему-то считается, что важнее всего знать грамматику, неправильные глаголы, уметь переводить тексты с точностью до артикля и выстраивать конструкции с пассивным залогом.

Хотя смысл изучения иностранного совершенно противоположен: в приоритете навыки общения. «На занятиях английского нужно учиться выстраивать эффективную коммуникацию с другим человеком, слышать и понимать его, высказывать свою точку зрения, — считает преподаватель английского и редактор издательства Оксфордского университета Золтан Резмувеш. — Больше того, я думаю, что изучение языка в классах — это не только учеба, но и для кого-то первый опыт сотрудничества, слушания других людей, попытки понять, что они хотят вам сказать».

Результат — нулевой

В России такой точки зрения придерживаются немногие. Поэтому 350-400 часов английского в институте проходят за довольно бессмысленными занятиями, утомляющими студентов и не дающими никакой практической пользы. «Я забросил изучение английского в пользу прохождения GTA (компьютерная игра. — Прим. ред.), — пишет в своем блоге Никита Orto Dogge, изучающий международный менеджемент в Российской международной академии туризма. — Просто у нас так и не научились преподавать язык. На занятии, которое целиком было посвящено обязательствам, преподавательница устроила массовый аттракцион: сообщи об обязательстве новым способом. Все начали старательно выводить многоэтажные словесные конструкции. Когда очередь дошла до меня, я не придумал ничего лучше, чем сказать «I gotta do». Преподаватель почему-то согласилась, что так тоже можно. Это поразительно, но вся аудитория знала, как сказать «I gotta do» другим способом. А я знаю только этот, он универсален и предельно ясен. Но детей все равно усиленно учат разнице между «must» и «need» , чтоб они все, в едином порыве, остолбенели от «gotta» в ближайшем же фильме, который они посмотрят в оригинале».

Не меньше возмущения и в блоге аспирантки МИФИ Лены Маркиной, параллельно получающей степень PhD в Мюнхене, инженера по специальности «Физика атомного ядра и частиц»: «Сколько часов английского у нас было в институте?! За все время обучения по два-четыре часа в неделю! Но что это был за английский?! На экзамене в аспирантуру с нас спрашивали буквальный перевод текста слово в слово, точно по тому порядку, как в предложении на английском... Попросили принести тексты по своей специальности, т.е. статьи из научно-технических журналов. Принесли. Экзаменаторы попросили перевести plasma production как «продукция плазмы», разницы между коэффициентом трения и прилипания для них не существует, поэтому правильный с точки зрения смысла перевод считался за ошибку, а если термин не имел аналогов в русском (или в русском понятие выражается не одним словом, а оборотом типа «который»), то все — труба. Ищите точный буквальный перевод этого слова на русский. Результат — нулевой английский у большинства студентов вуза, имеющего достаточно широкие контакты с остальным научным миром».

«Занятия, которые проводятся в институтах, оставляют желать лучшего, — делится мнением Татьяна Силукова, руководитель методической службы компании Tom's House. — В технических вузах особенно — там английский преподается значительно слабее, чем в гуманитарных. А вот способности к изучению иностранного языка у студентов-технарей, как это ни странно, выше, чем у гуманитариев. Все потому, что технические специальности требуют склонности к аналитическому и логическому мышлению, так же как и изучение языков».

Учат в школе?

Итак, если институт не дает нужной подготовки, за английский лучше браться со школьных времен, когда есть еще масса свободного времени и сил на учебу. Кстати, многие, кто свободно общается на иностранном, получили базу именно в школьное время. «До шестого класса английского я не знал вообще, потому что учительница Клавдия Лазаревна на работу ходить не любила, — рассказывает выпускник юридического факультета, гонзо-журналист Андрей Текстов. — В седьмом перешел в новую школу — лицей с уклоном в математику и английский. Там все свободно разговаривали, а я молчал и чувствовал себя глупо. Примерно неделю. Потом начал самостоятельно долбить тексты. Читал, переводил, читал вслух, или учил наизусть и пересказывал. Ежедневно. К концу года стал одним из лучших в классе. До конца школы мы каждые полгода сдавали экзамены по трем предметам, в том числе английскому, поэтому удавалось поддерживать его в рабочем состоянии. В институте стало гораздо хуже. Почти никто из моих сокурсников не говорил, поэтому учили нас «с нуля»: счет, алфавит. Я на занятиях часто вел себя вызывающе, поэтому старушка-препод невзлюбила меня сразу. Так что я стал ходить редко, и за время учебы в институте мой уровень английского, по сравнению со школьным, заметно упал. Восстановился только когда мне пришлось одно время подрабатывать переводами, а потом я начал активно путешествовать — и тут английский всегда при деле. Вообще, я убежден, что вся наша система обучения языкам заточена на то, чтобы человек никогда не заговорил. Все мои ровесники, кто не сталки- вался с такими вот стрессовыми ситуациями (спецшкола или переезд), — не говорят категорически».

Предусмотрительные родители, видимо, способны предвидеть такую ситуацию, поэтому отдают своих детей заниматься с репетиторами. «Когда мой сын учился в пятом классе, я решила, что он должен знать язык, нашла ему частного преподавателя — тетеньку, которая обучала КГБшников, — рассказывает дизайнер Алена. — Он год ходил к ней, но потом занятия прекратились. Английский язык сын практиковал в зарубежных поездках — они с отцом и его друзьями ездили на дайвинг не меньше шести раз в год, и сын был единственным, кто мог общаться с иностранцами. Потом он ввязался играть в «Варкрафт» на европейских сайтах, а там только английский. Сейчас сыну 19, он учится в Бауманке, но никаких новых знаний по английскому там не получает. Зачеты сдает за себя и иногда за своих друзей. Я рада, что он успел выучить английский до института, иначе так и остался бы без языка».

Сохранить и преумножить

Если вам не повезло со школой и родители не позаботились о вашем английском с детства, то в студенческий период можно записаться на языковые курсы. Огромное преимущество в том, что все они ведутся по коммуникативной методике и учат именно общаться. «Студенты приходят заниматься в нашу школу потому, что в большинстве неязыковых вузов, в основном, развивают навыки чтения и перевода, — рассказывает Светлана Шульжик, кандидат филологических наук, академический директор English First (EF) по обучению в России. — Многие, наверное, знают, что такое так называемые «тысячи», которые нужно перевести. К сожалению, не везде развиваются навыки устной речи. Поэтому те студенты, которые хотят владеть языком, а не просто иметь хорошую отметку в дипломе, дополнительно изучают язык в EF. Студенты — люди взрослые, они учат английский для того, чтобы чувствовать себя комфортнее за границей, для увеличения конкурентного преимущества к моменту окончания вуза, для того, чтобы свободнее искать информацию в Интернете и общаться с ровесниками из других стран. За пять лет реально выучить язык «с нуля» до уровня Advanced и Upper Advanced. С таким уровнем можно поступать в аспирантуру, сдавать кандидатский уровень или международные языковые экзамены, поступить в зарубежный вуз».

Однако любые навыки, приобретенные на курсах иностранных языков или в вузе, должны быть подкреплены активным неформальным общением. Практиковаться можно в зарубежных поездках или по скайпу с друзьями-иностранцами. Кстати, самым популярным видом общения в Сети в последние годы стало участие в онлайн-играх. В Москве работают многочисленные языковые клубы (при посольствах, языковых центрах и не только), где культивируется возможность свободного общения на различных иностранных языках. Другими словами, варианты есть. Главное, не лениться, вступать в контакт и говорить, говорить, говорить — на английском, немецком или другом доступном вам языке.

Tweet

Поделиться